Амелия Эрхарт
Амелия Эрхарт
Амелия Эрхарт

Родилась 24 июля 1897 — пропала без вести 2 июля 1937.

Она покорила сердца десятков мужчин, но ее сердце принадлежало только небу. Амелия Эрхарт, отважная женщина-пилот, доказала всему миру, что слабого пола не бывает.

24 июля 1897 года в городе Атчисон штата Канзас родилась девочка с удивительно яркими голубыми глазами. Ее родители даже не подозревали, что они не зря так напоминают небо, ведь именно туда всю жизнь будет устремлять свой взгляд Амелия Эрхарт.

Здесь же двумя с половиной годами позднее родилась сестра Амелии — Мюриэль. Дедушка, Альфред Отис, преуспевающий судья, один из самых состоятельных граждан Канзаса, настоял на том, чтобы внучки первые годы своей жизни росли в его доме в «приличных» условиях.

С ранних лет сестры Эрхарт пользовались необычайной для того времени свободой выбора интересов, друзей и развлечений. Амелия с детства была отличной наездницей, плавала, играла в теннис. Дед научил ее стрелять из охотничьего ружья. В сарае Амелия азартно охотилась на крыс и издавала победный клич индейцев, если удавалось подстрелить добычу. Читать она научилась в четыре года и с ранних лет поглощала множество разнообразной литературы, но особенно притягивали её книги о великих открытиях и приключениях. В результате, несмотря на свою принадлежность к «слабому полу», среди детей с соседних улиц Амелия стала признанным лидером и заводилой. Её отметки в школе почти всегда были отличными, особенно по естественным наукам, истории и географии.

Что действительно рано проявилось в Амелии, так это презрение ко всему будничному. Жизненная рутина, состоящая из занятий в закрытой привилегированной школе, приготовления уроков, щебетанья с гостями и выходных прогулок, — вот этого она и вправду не терпела. В Айове, куда в 1908 году девочки наконец переехали к родителям, Амелии поначалу понравилось гораздо больше: здесь было разнообразнее, проще и веселее.

Маленькая Эми выросла в стройную девушку с независимым характером. Она могла постоять за себя, могла ответить на острую шутку еще более острой шуткой…

Однажды отец взял старшую дочку с собой на городской праздник. И та, которой суждено было заболеть самолетами, впервые увидела аэроплан, но в тот момент Амепия не испытала к нему особого интереса: «Нечто металлическое, обмотанное проволокой, совершенно неинтересное». Осенью 1916 г., использовав деньги полученные по завещанию, мать отправила Амелию в элитный колледж Ogontz School в Пенсильвании.

На Рождество 1917 года, приехав в Торонто чтобы навестить младшую сестру, Амелия увидела на улице тяжело раненых солдат, прибывших с фронтов Первой мировой войны. Впечатление было столь сильным что вместо возвращения в школу она записалась на ускоренные курсы медсестер и пошла работать в военный госпиталь. К концу войны накопленный опыт склонял её к мысли посвятить свою жизнь медицине. И Амелия даже поступила в нью-йоркский Колумбийский университет на медицинский факультет, но продержалась там недолго.

1920 год. Снова, как в детстве, Амелия на летном поле в Лос-Анджелесе, куда она переселилась к родителям, которые временно воссоединились. Будто угадав призвание дочери, отец опять привел ее к самолетам. Хотя на самом деле Эдвин взял 23-летнюю Амелию просто поглазеть на развлекательное воздушное шоу с авиатрюками. В те годы они как раз вошли в моду. И вот тут, пока она смотрела на пируэты неуклюжих маленьких аэропланов, что-то екнуло в ее сердце. На следующий день мисс Эрхарт пришла самостоятельно на крошечный аэродром на Уилшир-бульваре. За 10 долларов здесь можно было совершить десятиминутную прогулку на маленьком аэроплане с открытой кабиной, пилотируемом летчиком Фрэнком Хоуксом. Самолетик медленно взмыл над Лос-Анджелесом, и у Амелии от восторга перехватило дыхание. День стоял ясный, и пилот решил сделать дополнительный вираж над Тихим океаном. Хоукс, конечно же, и понятия не имел, что в этот момент переживала его спутница. Подъем, взлет, бурю, восторг! Это непередаваемо, невероятно. Она хочет летать сама. Она будет летать сама!

!» Им она, приземлившись, и поделилась с пилотом. Тот поднял ее на смех: «Женщина в небе? Это решительно невозможно. Ваше место на кухне!»

Но Амелия была не просто упрямая, а очень упрямая. Почему это женщинам позволено меньше, чем мужчинам?! Мы еще посмотрим кто кого!

И девушка начала поиски. Она искала летную школу, куда бы ее приняли, несмотря на пол. Оказалось, что женщины-пилоты уже были! И даже ставили свои рекорды. Например, Анита Снук, которая сейчас даже работает инструктором.

Снук отметила естественность новой ученицы, спокойно и уверенно чувствовавшей себя в кабине; впрочем отметила она и некоторую её склонность к авантюризму — несколько раз ей приходилось вмешиваться в управление, препятствуя попыткам Амелии при заходе на посадку пролететь под проводами линии электропередач, проходившей рядом с аэродромом. К тому же, у Амелии Эрхарт отсутствовал страх — отмечала Анита в своей ученице. Снук впоследствии писала, что это, скорее, нежелательное качество для авиатора. Страх необходим. Анита вспоминает первую аварию Амелии: во время взлета ученица не сумела достаточно быстро набрать высоту и нос аэроплана врезался прямо в эвкалиптовые деревья, в изобилии растущие в конце взлетной полосы. К счастью, летчицы только ушиблись. Слегка оправившись, Анита нашла взглядом свою ученицу: та сидела посреди обломков и… пудрила нос! Заметив остолбеневший взгляд Снук, Амелия невозмутимо пояснила: «Должны же мы прилично выглядеть, когда сюда сбегутся репортеры». Поразительное хладнокровие! Репортеры же и вправду сбежались: в те годы самая незначительная самолетная авария становилась газетной сенсацией.

Уроки стоили недешево, и чтобы оплатить обучение Амелия стремилась получить работу. Она играла на банджо в мюзик-холле, работала фотографом, кинооператором, учительницей, секретаршей, телефонисткой, автомехаником и водителем грузовика — и в то же время пыталась узнать все что могла об авиации, от теории полёта до устройства авиамотора. Летом 1921 г. Эрхарт приобрела небольшой ярко-жёлтый биплан «Киннер Эйрстер» — её первый собственный самолёт. Нета Снук не одобрила приобретения. «Эйрстер» был опытным самолётом существовавшим в единственном экземпляре, оснащенным 3-цилиндровым двигателем воздушного охлаждения — одним из первых подобной конструкции в США. Один из цилиндров этого двигателя имел склонность к заклиниванию; в целом же многие считали, что это опасный самолёт, строгий и не прощающий ошибок в пилотировании. Тем не менее, Амелия высоко оценила приобретение и проводила много времени в воздухе, осваивая искусство воздушной акробатики под руководством одного из опытных отставных армейских пилотов.

Амелия становилась знаменитой. Ее острый язычок, стройная фигура и голубые глаза заставляли многих мужчин увлекаться ею. Красавица, да еще и пилот – экзотика! Сама же Эрхарт было только одно увлечение – таранить небо на своей «Канарейке». И только одна цель – побить все мужские рекорды.

22 октября 1922 года Амелия Эрхарт установила свой первый мировой рекорд, поднявшись на высоту 14 000 футов (около 4300 м) — выше, чем это удавалось до сих пор любой женщине-пилоту. Постепенно она «нарабатывала профессиональную репутацию». Интерес публики к авиации в те годы был огромен, и на аэродромах Калифорнии часто проводились авиашоу с имитацией воздушных боев, разнообразными рискованными трюками и состязаниями в искусстве высшего пилотажа. Уже к концу года Амелия стала признанной звездой подобных воздушных родео, её имя стало все чаще появляться в авиационной прессе. В тот период развития авиации в США для пилотирования личного самолета ещё не требовалось обязательного наличия формальной лицензии. Тем не менее 16 мая 1923 года Амелия Эрхарт получила лицензию Международной авиационной федерации, став 16-й женщиной среди лицензированных пилотов.

Окончательный развод родителей в 1924 года и новое ухудшение финансового положения вынудили Амелию продать самолёт, чтобы купить автомобиль для поездки с матерью через всю страну в Бостон. Здесь Амелия получила работу преподавателя английского языка для детей иммигрантов в детском доме. Все свободное время и деньги она использовала для лётной практики. Она быстро приобрела известность и уважение в местных авиационных кругах, поскольку не только хорошо летала, но и не брезговала технической работой, помогая механикам обслуживать и ремонтировать самолёты и авиадвигатели на аэродроме.

…Авиация все больше входила в моду. Публика в Старом и Новом Свете жаждала сенсаций, связанных с воздушными кораблями, как некогда древние римляне жаждали кровавых зрелищ. Полеты были опасным и щекочущим нервы предприятием. Первый беспосадочный перелет через Атлантический океан американцы совершили еще в 1919 году по маршруту Нью-Йорк — Ньюфаундленд — Азорские острова — Португалия — Англия. 27 мая 1927 года- мир следил за американцем Чарлзом Линдбергом, бывшим почтовым летчиком, совершившим первый в истории одиночный перелет через Атлантику по маршруту Нью-Йорк — Париж. После перелёта Линдберга через Атлантический океан, жившая в Англии богатая американка Эми Гест выразила интерес к тому, чтобы стать первой женщиной, пересекшей Атлантику по воздуху. По её мысли, перелет должен был символизировать дружбу между Великобританией и США. 55-летняя госпожа Гест приобрела трехмоторный Fokker F7, на котором намеревалась сама совершить перелет через Атлантику. Однако ее семья категорически восстала против таких безумных планов, и тогда она обратилась к известному нью-йоркскому издателю Джорджу Путнэму с тем, чтобы он нашел подходящую кандидатуру для неслыханного рекорда. Непременно женщину, непременно хорошенькую и фотогеничную. Гест обеспечит финансовую поддержку, а раскрутка будущей героини — дело Путнэма. Ею и оказалась Амелия Эрхарт, рекомендованная для этого предприятия адмиралом Р.Белкнапом, который интересовался авиацией и знал Эрхарт по её «авиационной активности» в Бостоне.

Но каково же было разочарование и обида Эрхарт, когда Путнэм заявил, что хотя официально именно Амелию назовут «командиром» экипажа, управлять самолетом будет не она, а нанятая Эми Гест команда из пилота и штурмана — Уилмера Штульца и Луи Гордона. В глубоком секрете, дабы не привлекать внимания конкурентов, трехмоторный Фоккер был переоборудован в мастерских на окраине Бостона, оборудован всем необходимым для трансокеанского перелета и — на всякий случай — переоснащен с колес на поплавки.

Вылетев с Ньюфаундленда 17 июня 1928 года, самолет пересек океан за 20 часов 40 минут и приводнился у побережья Англии — в Бэрри-Порте (Уэльс). Эрхарт, к своему глубокому сожалению, проделала этот путь в качестве пассажира. После посадки она с досадой сказала репортерам: «Меня просто везли, как мешок с картошкой!». Она постоянно стремилась переключить внимание прессы на пилотов «Фоккера», Штульц и Гордон скромно стояли в стороне и на них практически никто не обращал внимания. Однако публику интересовала только «первая женщина в трансатлантическом перелете». Тем не менее это было реальное начало блестящей карьеры Эрхарт в авиации.

Приобретенную известность Эрхарт использовала как плацдарм для активной пропаганды своих взглядов и идей, в частности, борьбы за равноправие женщин и их активное привлечение в традиционно «мужские» профессии. Амелию назначили ассистентом генерального менеджера Трансконтинентальных воздушных перпевозок, у нее имелось специальное задание — привлекать женщин-пассажирок. В те годы женщины боялись самолетов отчаянно и, согласно статистике, лишь 2 процента американок отваживались сесть в это «самоубийственное приспособление» — самолет. Кроме того, Амелия стала президентом неформальной женской организации «99» (название дали по числу членов), целью которой была борьба за права женщин-пилотов.

В том же году она приобрела новый самолёт «Локхид-Вега»; это была новая скоростная машина — такая, в которой она нуждалась если она хотела ставить рекорды и оставаться «на переднем крае» развития авиации.

С точки зрения многих коллег Эрхарт, как и ранее с «Киннером», выбор был не бесспорен. Одна из её главных соперниц — Элинор Смит — считала этот самолёт слишком сложным в пилотировании, а в случае вынужденной посадки — просто опасным. По мнению Смит, при отказе двигателя лётные качества этого самолёта были «как у кувалды, летящей с горы». Тем не менее в 1931 году Смит купила «Вегу», чтобы попытаться совершить на ней первый «сольный» женский перелет через Атлантику, но вскоре разбила эту машину при посадке на аэродроме Гарден-Сити, Нью-Джерси. В итоге, первый «сольный» женский перелет был совершен на следующий год Амелией Эрхарт; позднее она по случаю выкупила разбитую «Вегу» Смит, и после восстановления установила на ней 3 мировых рекорда.

Пока же Эрхарт досталась десятая «Вега», выпущенная заводом «Локхид» в Калифорнии. Машина долго не летала и находилась в плохом техническом состоянии, но на новый самолёт у летчицы просто не было средств. Совмещая освоение новой для себя машины с деловой поездкой, Амелия перегнала самолёт на Западное побережье, «сражаясь» по пути с многочисленными неисправностями и тяжелым разрегулированым управлением. В Калифорнии самолёт был осмотрен на заводе Локхид, где Уайли Пост — знаменитый лётчик-рекордсмен и «фирменный» пилот-испытатель Локхида, поднял его в воздух. После посадки он заявил, что самолёт по своему техническому состоянию представляет собой «хлам», не пригодный к полёту и почти не поддающийся управлению. То, что Амелия Эрхарт сумела на нём пересечь страну и остаться в живых, он отнёс на счёт счастливой комбинации удачи и выдающихся способностей пилота. В результате смущенное руководство Локхида бесплатно заменило самолёт на более новый.

В августе 1929 года Эрхарт участвовала в первой женской воздушной гонке Калифорния — Огайо. Перед последним этапом она имела лучшее время и все шансы на приз, однако произошёл несчастный случай. При выруливании на старт Эрхарт увидела, что у самолёта её главной соперницы Рут Николс загорелся двигатель. Заглушив мотор, Эрхарт бросилась к самолёту Николс; вытащила её из кабины горящего самолёта и оказала первую помощь. Когда к месту инцидента прибыли медики, она наконец смогла взлететь и продолжила участие в гонке, однако пришла лишь третьей.

Скоро она однако вознаградила себя за потерю «золота», установив в ноябре 1929 г. в Калифорнии мировой рекорд скорости на демонстрационном экземпляре «Веги» с двигателем мощностью 425 л.с., специально предоставленном руководством «Локхида». Амелии удалось разогнать машину до 197 миль в час (предыдущий рекорд составлял 156 миль в час). Одновременно летчица продолжала осваивать тяжелые многомоторные машины; в 1929 году она получает наиболее престижную и «профессиональную» Транспортную лицензию Национальной Ассоциации Аэронавтики США, сдав экзамены на пассажирском «Ford Trimotor».

За время сотрудничества с этой насмешливой и чересчур уверенной в себе женщиной, Джордж Путнэм заработал много денег. Но это уже не волновало его так, как раньше. Ведь он влюбился. Влюбился, в эту сумасшедшую, независимую Амелию, которая отвечала ему лишь… симпатией.

Путнэм развелся с супругой, и дрожащим голосом предложил руку и сердце своей летчице. Он давил на все кнопки: «Я сделаю тебя звездой авиации, это будет слава! У тебя будет возможность побить все рекорды!»

На уговоры ушел целый год. К этому времени Амелия успела насладиться и славой, и полетами… Пришло понимание того, что чего-то не хватает. Может быть, Джорджа рядом? И она дала согласие.

Исключительно тихая и семейная брачная церемония прошла 7 февраля 1931 года в небольшом доме матери Путнама в штате Коннектикут; никто из репортеров не был на неё допущен, и уже через два дня молодожены вернулись к своей работе. По мнению большинства друзей и родственников их брак оказался удачным и был организован на тех принципах равноправного партнерства и сотрудничества, которые исповедовала Амелия. Тем не менее некоторые из журналистов, незнакомых с семьей, были склонны описывать его как «брак по расчёту». Эта версия, однако, была опровергнута в 2002 г., когда в распоряжение музея Университета Пардью (Индиана) была передана личная корреспонденция Эрхарт и Путнама, в том числе их любовные письма — хранившиеся до тех пор в частном семейном архиве.

Весной 1931 года Эрхарт одной из первых женщин-пилотов осваивает автожир; в апреле она установила на нём новый мировой рекорд высоты — 18451 фут. На рубеже 20-30-х годов автожиры активно рекламировались как недорогая, более безопасная и в перспективе массовая альтернатива самолётам. В реальности, однако, первые образцы автожиров славились высокой аварийностью, особенно на взлете и посадке. Демонстрационный образец автожира Питкэрна — многократно повреждавшийся, разбивавшийся и восстанавливавшийся — пилоты на фирме окрестили «Чёрной Марией» («Black Marie»), поскольку никому из них не удавалось налетать на этом аппарате хотя бы несколько часов без аварий и инцидентов. Общее мнение пилотов, ознакомившихся с машиной, сложилось быстро и гласило, что «вероятно, максимальное время, которое кто-либо сможет безаварийно налетать на подобном аппарате, составляет не более 10 часов».

Тем не менее весной 1931 года Эрхарт стала первой женщиной-пилотом, пересекшим на автожире «Питкэрн PS-A2» всю территорию США; чистое время в полёте составило 150 часов, с 76 посадками для дозаправки (требовавшейся примерно каждые 2 часа). При этом весь путь с востока на запад не был отмечен ни единой аварией. Проблемы, однако, «настигли» её на обратном пути. В г. Абилин, штат Техас, во время взлета на пути автожира оказался «пыльный дьявол» — внезапно возникающий небольшой пылевой вихрь — специфическое природное явление, характерное для этих мест. Из-за внезапно возникшего разрежения воздуха аппарат, только что набравший скорость и оторвавшийся от земли, упал на неё с высоты нескольких метров и полностью разрушился. При этом, однако, Эрхарт оказалась даже не ранена. На следующий день заводской пилот пригнал с завода Питкэрна новый автожир и летчица продолжила свой путь на восток.

В мае 1932 года Эрхарт делает решающий шаг ко всемирной известности. Вылетев из Ньюфаундленда на «Локхид-Вега» вечером 20 мая, она за 15 с половиной часов пересекла Атлантику — на этот раз в одиночку. Это был лишь второй успешный одиночный полёт через Атлантику — после успеха Чарльза Линдберга в 1927 г., и после более чем десятка неудачных попыток повторить подвиг Линдберга — стоивших жизни многим опытным пилотам. Полёт был исключительно рискованным. Перегруженный топливом «Локхид-Вега» был достаточно неустойчивой и строгой в пилотировании машиной. Самолет не имел радиосвязи, а следовательно у Амелии не было никакой «страховки» на случай непредвиденных обстоятельств. Метеопрогноз, обещавший приемлемую погоду над Атлантикой, оказался неверным, и вскоре после наступления темноты «Вега» вошла в зону сильного шторма с грозой и мощными порывами ветра. Перегрузки были таковы, что после посадки техники, осматривавшие самолет, обнаружили, что все четыре дополнительные усиления, установленные перед полётом в крыле для увеличения прочности, треснули, и при следующем подобном испытании крыло, безусловно, разрушилось бы. По словам Эрхарт, «ощущения были такие, как будто я нахожусь в огромном барабане, заполненном водой, и дерусь там со слонами». Проблемы усугубил отказ нескольких приборов — включая альтиметр и тахометр. Кроме того, нарушилась герметичность топливопроводов, и, наконец, треснул выхлопной коллектор. Когда шторм закончился, началось обмерзание. В результате отяжелевшая «Вега» сорвалась в штопор, из которого Эрхарт удалось вывести самолет над самыми гребнями волн: установленный на самолете барограф-самописец зафиксировал резкую потерю высоты в несколько тысяч футов — практически вертикальную линию, обрывавшуюся над самым уровнем океана. С трудом Эрхарт нашла высоту, на которой обмерзание было умеренным и самолетом можно было управлять. После рассвета, взглянув на крыло, она увидела тонкую струю топлива вытекавшую из трещины трубопровода от дополнительного бака. Понимая, что при таком состоянии самолет полёт до Франции исключается, Эрхарт решила садиться на первый же показавшийся внизу пригодный участок суши. Это оказалось побережье Северной Ирландии — пастбище Галлахера недалеко от Лондондерри. Теперь Эрхарт была первой женщиной-пилотом, преодолевшим Атлантику в одиночку, а также единственным в мире на тот момент человеком пересекшим океан по воздуху дважды.

…После перелета через Атлантику Эрхарт превратилась в национальную героиню. Президент Гувер удостоил Амелию медали Национального географического общества, а американский конгресс наградил ее крестом «За летные заслуги» — до того ни одной представительнице слабого пола не выпадала подобная честь. Эрхарт провозгласили самой выдающейся женщиной года в США.

Она множество раз пересекла страну из конца в конец — на самолете и в автомобиле — выступая с публичными лекциями и активно пропагандируя авиацию и воздушные перевозки. Она испытывала новый образец парашюта, совершала погружение в Атлантике в водолазном костюме и опробовала выход из подводной лодки под водой через шлюзовую камеру, выступала в качестве «крестной матери» при вводе в строй нового патрульного дирижабля для флота США. В то же время она продолжала готовить и совершать новые рекордные перелеты.

10 июля 1932 года — вскоре после возвращения из Европы — Эрхарт на своей отремонтированной «Веге» попыталась побить установленный её подругой и соперницей Рут Николс женский рекорд скорости на трансконтинентальном маршруте. Она стартовала в Лос-Анджелесе, но проблемы в топливной системе заставили её совершить незапланированную посадку в Колумбусе (Огайо), что увеличило её время на маршруте до 19 ч. 14 мин; «чистое» полётное время составило 17 ч. 59 мин. Тем не менее рекорд был побит.

24 августа 1932 года Эрхарт установила новый рекорд, вновь преодолев трансконтинентальный маршрут — из Лос-Анджелоса в Ньюарк. Теперь она стала первой женщиной-пилотом, пересекшим Американский континент от побережья до побережья без промежуточной посадки; время в полёте — 19ч. 7мин. 56 секунд. Одновременно, как оказалось, она побила и мировой женский рекорд дальности беспосадочного перелета (2000 миль), установленный также Рут Николс на маршруте Окленд — Луисвилл.

На следующий год Амелия Эрхарт стала первой женщиной, принявшей участие в знаменитой трансамериканской гонке на приз Бендикса. Гонка 1933 года была отмечена целой чередой тяжелых аварий и катастроф с гибелью пилотов и самолетов. Эрхарт была одним из немногих участников, сумевших пройти весь маршрут до конца, и перед завершением гонки могла претендовать на первое место. Однако «подвела матчасть» — неполадки в моторе привели к сильному перегреву, а затем вибрация разрушила крепление верхнего входного люка кабины; воздушный поток сорвал люк, крышка которого чуть не снесла киль самолета. В результате Эрхарт пришла третьей.

Через несколько дней Эрхарт побила собственный прошлогодний рекорд на трансамериканском маршруте, устанавливая новое рекордное время в полёте — 17 часов 7 минут 30 секунд. При этом незадолго до завершения перелета вибрация и воздушный поток снова разрушили крепление верхнего входного люка кабины, и последние 75 миль — до посадки — Эрхарт вела самолет одной рукой (другой приходилось удерживать крышку люка над головой, так как если бы её сорвало она могла бы повредить или снести киль самолета).

11 января 1935 года Амелия Эрхарт стала первым в мире человеком, преодолевшим на своей «Веге» над Тихим океаном в одиночку расстояние от Гавайских островов до Окленда, штат Калифорния. При попытках совершить такой одиночный перелет погибло столько пилотов, что такие попытки были в итоге запрещены специальным решением правительства США; однако Эрхарт добилась для себя специального разрешения попытаться. Время в полёте составило 18 часов 16 минут. На аэродроме в Калифорнии её ожидала толпа в 18 тысяч человек и поздравительная телеграмма президента США Ф.Рузвельта — «Поздравляю — Вы победили снова».

Летом 1936 г. университет преподнес Эрхарт ко дню рождения новейший двухмоторный моноплан «Локхид-Электра» L-10E. Теперь Эрхарт вплотную приблизилась к осуществлению своей давней мечты — совершить полёт вокруг света по самому протяженному маршруту, держась как можно ближе к экватору. Эрхарт считала, что это будет её последний рекордный полёт. Она говорила прессе, друзьям и коллегам, что времена быстро меняются: «Скоро рекорды перестанут быть основным двигателем прогресса в авиапромышленности, и главным человеком в авиации уже теперь является не лихой пилот-сорвиголова, а хорошо подготовленный авиационный инженер». В соответствии с этим убеждением, по её словам, после возвращения из рекордного полёта она собиралась активно участвовать в разработке и осуществлении программы стратосферных и скоростных испытательных полётов, а в промежутках, наконец, отдать дань «калифорнийскому солнцу, книгам, друзьям и спокойному отдыху на природе». По воспоминаниям родственников и друзей, она также собиралась сделать хотя бы небольшую паузу в профессиональной деятельности, чтобы наконец обзавестись ребёнком. (Летом 1937 г. ей должно было исполниться 40 лет).

Кругосветный перелет начался 17 марта 1937 года. В полёте Эрхарт должны были сопровождать два штурмана — Гарри Мэннинг и Фредерик Нунэн. Однако первая попытка оказалась неудачной. При старте с Гавайских островов для второго этапа перелета, шасси на разбеге не выдержало веса перегруженного топливом самолета. Покрышка лопнула и мгновенно вышедший из-под контроля самолет, подломив шасси, проехался на брюхе по взлётной полосе, получив весьма серьёзные повреждения. Тем не менее, по невероятному везению, взрыва не произошло. Решив совершить полёт во что бы то ни стало, Эрхарт отправила разобранный самолет в Калифорнию морем, для капитального ремонта на заводе «Локхид».

…Её вторая попытка началась 20 мая 1937 г. Перед тем как залезть в кабину, высокий ловкий штурман Фред Нунэн крепко жмет Путнэму руку и не смотрит в глаза. Нунэн с Амелией летят вдвоем. Второй штурман Гарри Мэннинг по каким-то личным причинам лететь отказался. Дружный вздох гигантской толпы — и самолет с красными крыльями взмыл в воздух.

С каждой остановки Амелия посылала мужу письма и отправляла очерки о полете. Мир внимательно следил за каждым ее шагом. В течение месяца «Электра» без особых приключений и с регулярными остановками для дозаправки пролетела через Пуэрто-Рико, Венесуэлу, Бразилию, Сенегал, Мали, Судан, Эфиопию, Пакистан, Индию, Бирму, Таиланд, Индонезию, Австралию…

29 июня Эрхарт и Нунэн достигли острова Лаэ в Новой Гвинее. Отсюда Амелия написала мужу чрезвычайно встревоживший его текст: «Мне кажется, что у меня в запасе остался всего один удачный полет. Когда я завершу это путешествие, то, пожалуй, остановлюсь и больше не буду совершать таких длительных «трюкаческих» перелетов». Значит, сама Амелия признавала, что пустилась в авантюру? В одном письме Джордж разобрал тщательно зачеркнутое — «в нашей игре со смертью…» Не слишком ли далеко зашла игра?

Остров Лаэ, по сообщениям Эрхарт, был одинокой, заброшенной точкой на краю света, удивительно, что здесь могли жить люди. Весь мир облетели фотографии Эрхарт и Нунэна из Лаэ. Последние фотографии. Амелия выглядит на них совершенно больной и изможденной: вдавленные круги под глазами, потухший взгляд. Ей через месяц должно было исполниться сорок, а она выглядела на все 50. У штурмана Нунэна вид тоже усталый и глаза обреченного человека. В некоторых биографиях Эрхарт утверждается, что во время кругосветного перелета у нее возник роман со штурманом. Якобы это наблюдали те, кто встречал и обслуживал экипаж на остановках. Поговаривали, что Нунэн вообще согласился лететь с Эрхарт потому, что давно был в нее влюблен. Опровергнуть или доказать эти утверждения теперь невозможно.

Эрхарт с Нунэном пролетели уже 22 тысячи миль. Впереди у них оставалось 7 тысяч миль пути. Однако следующий отрезок путешествия — от Лаэ к острову Хауленд — 2 556 миль — оказался, пожалуй, самым трудным. Хауленд был крошечным островком в Тихом океане, в полкилометра шириной и три с половиной длиной, и найти его среди бескрайних водных пространств являлось проблемой даже для самого опытного штурмана. Ради того чтобы максимально увеличить запасы горючего, отказались от всего «лишнего» веса: отправили домой парашюты, резиновую лодку, оставили самый минимум еды и питья. Пока Эрхарт и Нунэн находились на Лаэ, уже стало ясно: погода самая неподходящая, шквальный ветер, да к тому же и не в том направлении. Инструкторы, связывающиеся с Эрхарт по радиосвязи из Сан-Франциско, предупреждали летчицу подождать с вылетом. Но Амелия ждать погоды не стала.

«Электра» покинула Лаэ 2 июля в 10 часов утра. В баках находилась 1 тысяча галлонов горючего, что должно было хватить приблизительно на 20 часов полета. Поскольку радиосвязь над Тихим океаном была очень слабой, американцы специально поставили около острова Хауленд катер береговой охраны «Итака» с радиопередатчиком, который должен был стать проводником для Эрхарт — иначе ей не найти остров. Разумеется, Нунэн владел техникой астрономической навигации по звездам и солнцу, кроме того, у них имелись специальные подробные карты, но этого в данном случае было недостаточно. Как только на «Итаке» получили сообщение, что Эрхарт вылетела с Лаэ, с ней попробовали немедленно связаться по радио. Однако Амелия не отвечала. Только через 12 часов ее голос возник в радиоэфире: «Облачно. Погода ухудшается… Лобовой ветер…» Через полтора часа снова услышали Эрхарт: «Я вызываю Итаку. Вызываю Итаку…» Но сигнал с самолета был настолько слабым, что разобрать дальнейшее не удалось. И снова — глухая тишина. Когда с момента вылета самолета прошло уже целых 18 часов, в эфир неожиданно ворвался прерывистый отчаянный вопль Эрхарт: «Вызываю Итаку. Вызываю Итаку. Мы где-то рядом, но не видим вас. Горючего осталось на тридцать минут…»

Услышав это сообщение, «Итака» немедленно послала на самолет несколько шифрованных радиосообщений, использовав азбуку Морзе. Некоторые утверждают, что Амелия никогда не давала себе труда выучить эту азбуку и потому не могла понять спасительных сообщений. Впрочем, этот факт ничем не подтвержден.

Через 18 с половиной часов после вылета из Лаэ Эрхарт слышат в последний раз. Она истерически кричит: «Наш курс 157-337. Повторяю. Наш курс… Нас сносит на север, нет, на юг…»

Когда, по расчётам, на борту «Локхид-Электра» закончилось топливо, ВМС США немедленно начали поисково-спасательную операцию. Это была самая масштабная и дорогая подобная операция за всю историю американского флота. Множество кораблей, включая крупнейший в мире авианосец «Лексингтон» и линкор «Колорадо», покинув базы в Калифорнии и на Гавайских островах, срочно направились в центральную часть Тихого океана. Корабли и 66 самолетов в течение 2 недель осмотрели 220000 квадратных миль водной поверхности; было проверено множество небольших необитаемых островов и рифов, но все усилия оказались безрезультатны.

Через 14 дней руководство флота заявило, что надежды более нет: по всей видимости, Амелия Эрхарт и Фред Нунан, потерпев крушение, погибли в океане. Таким образом, несмотря на беспрецедентные поиски найти Эрхарт так и не удалось. 5 января 1939 года она была объявлена умершей, хотя неофициальные поиски продолжались и значительно позже и фактически предпринимаются и в наше время….

Иногда кажется, что Амелия решила поставить еще один рекорд, поднявшись туда, куда не поднимался ни один человек. А что, это вполне в ее духе…